Китай пошел на нефтяные хитрости: импорт упал, запасы остались целы, Россия в деле

НПЗ в китайском Ухане. Фото: Stringer / Reuters

Китай, похоже, нашел способ пережить крупнейший нефтяной кризис из-за иранской войны, не распечатывая по-настоящему свои стратегические запасы нефти. К такому выводу приходит Институт энергетических исследований Оксфордского университета в исследовании «Нефтяные рычаги Китая».

После кризиса в Ормузском проливе импорт нефти в Китай резко упал. Если в среднем за последние пять лет страна импортировала около 11 млн баррелей нефти в сутки, то в апреле показатель снизился до 9,3 млн баррелей, а в мае и июне морские поставки ожидаются еще ниже. При этом рынок удивило не столько сокращение импорта, сколько реакция Пекина: власти практически не стали использовать стратегические нефтяные запасы, которые являются крупнейшими в мире.

Вместо этого Китай задействовал сразу несколько внутренних механизмов, пишут авторы исследования.

Главным рычагом стало сокращение загрузки нефтеперерабатывающих заводов. По оценкам авторов, при снижении переработки на 5% Китай способен удерживать морской импорт нефти на уровне около 8 млн баррелей в сутки без масштабного отбора запасов. А при сокращении загрузки НПЗ на 10% импорт теоретически может упасть даже до 7,2 млн баррелей в сутки.

Такой подход достигается за счет изменения структуры выпуска топлива. Китайские власти поручили крупнейшим нефтекомпаниям Sinopec и PetroChina увеличить производство бензина и дизеля, одновременно сократив выпуск нефтехимического сырья — прежде всего нафты и сжиженных газов. По сути, Пекин временно поставил обеспечение транспортного сектора выше интересов нефтехимии.

Еще одной опорой стали коммерческие запасы нефти. В исследовании отмечается, что Пекин разрешил компаниям использовать коммерческие резервы, но избегал официального отбора стратегического запаса. Более того, видимые запасы нефти сокращались лишь незначительно, а часть аналитиков вообще фиксировала рост запасов.

Авторы полагают, что власти сознательно не хотят прибегать к стратегическим запасам без крайней необходимости. Для Китая они — это резерв уже на случай полномасштабного чрезвычайного сценария, а не инструмент сглаживания краткосрочных рыночных шоков.

Одновременно Пекин максимально нарастил трубопроводные поставки из России и Казахстана, которые, по расчетам исследования, могут достигать 1,1 млн баррелей в сутки.

Но, возможно, самым необычным элементом китайской стратегии стала ставка на углехимию. Китай активно использует производство химической продукции из угля, чтобы компенсировать нехватку нефтехимического сырья. Авторы исследования отмечают, что именно развитие углехимии позволило смягчить последствия падения импорта нафты и сжиженного нефтяного газа с Ближнего Востока.

«Китай сумел резко сократить импорт нефти, практически не распечатывая стратегические резервы. Вместо этого Пекин задействовал целый набор внутренних рычагов: снизил загрузку НПЗ, переориентировал переработку на выпуск бензина и дизеля, использовал коммерческие запасы, нарастил трубопроводные поставки из России и Казахстана, а также активизировал углехимию. По сути, Китай показал, что способен несколько месяцев переживать серьезный импортный шок не столько за счет запасов, сколько благодаря гибкости своей промышленной и энергетической системы», — говорится в исследовании Института энергетических исследований Оксфордского университета.

Источник