Рабство во имя Божье

Если вы думаете, что рабство — это удел далеких колониальных империй и африканских плантаций, то ирландские «прачечные Магдалены» мгновенно вышибут из вас эту иллюзию.

Потому что рабский труд прекрасно существовал в самом центре Европы, под крестами католических монастырей, вплоть до 1996 года.

Не опечатка.

До тысяча девятьсот девяносто шестого.Начиная с XVIII века ирландские монахини открывали специальные заведения для «падших женщин».

Кто попадал в эти стены?

Мать-одиночка.

Изнасилованная.

Слишком красивая.

Слишком дерзкая.

Слишком бедная.

Сирота, которую просто некуда было деть.

Для попадания в прачечную Магдалены не нужен был суд, не нужен был приговор.

Достаточно было слова священника или даже просто раздраженного соседа.

Девушек привозили в закрытые монастыри, забирали паспорта и давали новые имена.

С этого момента они переставали существовать для внешнего мира.

Их заставляли стирать белье вручную по 14 часов в день, в кипятке, разъедавшем кожу до мяса.

За ошибки били палками.

За попытку побега — стригли наголо и сажали в карцер.

Некоторые провели в этих стенах всю жизнь — 40, 50, 60 лет, — так и не выйдя за ворота.

Если узница рожала ребенка, младенца просто отбирали и продавали на усыновление в Америку.

Матери не знали, куда делся их ребенок. Дети не знали, кто их мать.

Через прачечные прошли более 30 тысяч женщин.

В 1993 году строители обнаружили на территории бывшего монастыря массовое захоронение — 155 безымянных тел в общей яме.

Скандал вышел на мировой уровень.

Только в 2013 году ирландский премьер-министр официально извинился.

Компенсации составили жалкие гроши.

От этой истории у меня буквально леденеет спина.

Мы привыкли верить, что институты, созданные «во имя добра» — церковь, благотворительность, приюты — по определению безопасны.

Но этот поганый мир раз за разом доказывает обратное: нет более удобной ширмы для жестокости, чем табличка с надписью «Милосердие».

За монастырскими стенами, под сенью святых икон, тысячи женщин были превращены в рабынь только за то, что их единственным преступлением было — родиться женщиной в неправильном месте и в неправильное время.

И самое жуткое, что всё это продолжалось буквально при нашей жизни.